«Мама, я еду домой!»

Мама, я еду домойГод и одиннадцать дней ждала сына из плена Алла Николаевна Жмыхов. Из них три месяца она вообще не знала, где ее Саша и что с ним происходит. Женщине говорили, что пленных держат то в Лисичанске, то в Луганске, то что вообще вывезли в Ростов. И вот 30 апреля в прошлом году услышала в трубке: «Мама, это я!» Звонок поступил с незнакомого номера.

«Вдруг начали трястись руки, меня лихорадило. Только и смогла сказать мужу: «Запиши номер, там Саша!» Только через полчаса пришла, смогла позвонить и поговорить с сыном. Сейчас вспоминаю то время: Боже, как я это пережила, когда вообще не было с ним связи! Я верила, что сын жив. Прежде всего потому, что в прошлом году 10 февраля «Лайфньюс» показал наших ребят, и мы поняли: они живы. Может, не очень здоровые — у одного голова перебинтована, видно, что пленных били. Но живы — это главное!»

«Нас принимали с боем, в плен мы не сдавались»

В российских новостях тогда рассказали, что якобы украинские военные сами сдались в плен. На самом деле все было иначе. 9 февраля 2015 из Дебальцево по трассе в направлении Артемовска выехали на задание четверо военных 40-го батальона ВСУ «Кривбасс» (два бойца, офицер и водитель), среди которых и 21-летний старший солдат Александр Макуха. Они не знали, что дорога уже была опасной, ее захватил противник и впереди устроил засаду. Во Логвинова машину расстреляли, наши бойцы попытались отбить нападение, но не удалось. Один из ребят получил незначительного ранения в руку. Когда к машине подошли военные, наши солдаты увидели в них георгиевские ленты. Это были донецкие казачки.

Читателю на заметку: портал pro-chehov.ru — новости города Чехов: самые свежие, актуальные и полные. А также объявления, справочник компаний, недвижимость, работа и многое другое. Если вы приехали в город даже на короткое время, портал станет для вас отличным другом и спутником вашего путешествия. А для жителей города Чехова портал является просто обязательным для регулярного посещения.

«Время шло, а я не мог с ребятами связаться. Наступила ночь, и мы поняли, что люди либо погибли, либо попали в плен. Поэтому когда их показали по «Лайфньюс», это было позитивной новостью — остались живы, — рассказывает командир 40-го отдельного мотопехотного батальона ВСУ подполковник Виктор Почерняев. — Добровольное сдачу в плен полностью отвергаю. Также никто не ехал специально казаться, как говорили. Ведь именно перед тем мы отработали карту всех позиций и не только нашего батальона. Если бы они хотели казаться, обязательно взяли бы эту карту. А мы сразу проверили — карта лежала там, где и должна была быть. Она содержала информацию с ограниченным доступом».

Казачки повезли пленных в багажнике пикапа в Донецк. В этих «ополченцев» ребята находились три месяца, выдержали и избиения, и издевательства. Затем «военная полиция» при поддержке «армии ДНР» отразила пленных у казаков. Так с 30 апреля 2015 наши бойцы попали в новый плен. В управлении СБУ Донецкой области их поставили на «официальный» учет как военнопленных. А до тех пор считали пропавшими без вести … И Александр смог наконец позвонить маме.

«Звонить близким давали, но нечасто — раз в неделю-две. Здесь уже нас не били, однако постоянно давили морально. Говорили, что родных получат, что Украина разваливается, что будет дефолт … всему не передашь. Они считают, что в Украине «правит фашизм».

Называли нас «фашистами», «радикалами». Перед Новым годом у них крутили новости, что у нас теперь не будет Деда Мороза, а только Санта Клаус. Конечно, агитировали перейти на их сторону. Говорили, что наши подразделения нас предали, но на это никто не велся. В камере мы поддерживали дух патриотизма, с ребятами четко договорились: мы — солдаты Украины и должны держаться, как солдаты Украине. Никто из нас не перешел на другую сторону, мы выдержали этот прессинг. И в плен не сдавались, нас взяли с боем. Могу только догадываться, что российское телевидение насочиняли», — рассказывает Александр Макуха.

Кормили сепаратисты украинских заложников привезенной из России гуманитаркой, которую и сами потребляли. В меню пленных деликатесов и фруктов, конечно, не было, в основном армейские каши с тушенкой. Позволяли и душем пользоваться, но теплой воды всем хватало. «Там мылись и «денееривци», а мы уже после них. Поэтому приходилось или холодной водой удовлетвориться, или ждать другого шанса. Те, кто ходил на какие-то работы, могли иногда там помыться, — продолжает Саша. — В камере здания управления СБУ Донецкой области удерживали 21 человека. Мы спали на полках бывшего архива, расстояние между которыми сантиметров 50. Выдали нам матрасы, подушки, а с последней гуманитарки — и простыни. В течение последних 5-6 месяцев без выходных с 6 утра до 7 вечера я работал в столовой. За два-три дня их радио услышали, что нас будут менять в формате «три на шесть». Но мы до последнего момента боялись, чтобы обмен не сорвался. К сожалению, там остались еще двое наших товарищей, с которыми вместе попали в плен ».

«Меня Украине «подарили»

А вот 26-летний солдат 53-й отдельной механизированной бригады Вадим Кирпиченко о том, что его собираются обменять, ничего не знал. Однажды к нему зашли и сказали: «Собирайся!» Разрешили позвонить. И Надежда Кирпиченко наконец услышала: «Мама, я еду домой!»

«Сын находился не в донецком управлении СБУ, а отдельно в батальоне« Восток», в подвале. Все время был один. Немытый, в рваной одежде. Как его захватили в летних шлепанцах, так в них и ходил. Ждала сына 195 дней», — рассказывает Надежда Леонидовна.

В прошлом году 10 августа боец возвращался из штаба на базу, в машине закончился бензин. Пока заправлялся запасным топливом, подъехала еще какая-то машина. «Я подумал, что это наши ребята, а оказалось — разведка «Востока». Держали меня в Макеевке и в Донецке в подвале без окон, без вентиляции. Там и кормили. За все время подышать свежим воздухом выводили два раза ночью. Был еще на улице, когда перевозили из одной базы в другую», — неохотно вспоминает Вадим Кирпиченко.

Минут за 40 после захвата сепаратисты вышли на связь с друзьями пленного. Те позвонили маме Вадима. И уже 13 августа ей разрешили поговорить с сыном. Время от времени за весь период плена по просьбе Надежды Леонидовны Вадиму давали телефон. Однако бывало, что и 50 дней они не общались.

«Когда позвонили друзья сына, моей первой мыслью было: «Только бы был жив!». Вадим по специальности мотомеханик, срочную службу не проходил из-за травмы позвоночника. Числился частично мобилизованным, приходил в военкомат, когда вызвали. Сепаратисты сразу все о нем и всю нашу семью «пробили». Они даже знали, что у меня сестра живет в Донецкой области — на нашей территории. Узнав, что сын в плену, сразу не плакала. Есть много друзей-знакомых, всем кричала: «Помогите, кто как может, найти связь, куда обращаться». Обращалась везде. Очень много хороших людей меня поддерживали, немало хороших знакомых появилось, — продолжает рассказ Надежда Кирпиченко. — Нет, выкуп за Вадима сепаратисты не требовали. Они сразу сказали, что денег не возьмут. В отношении сына отдельный обмен был, его требовали священника отца Никона, находился в Мариупольском СИЗО. Пообещали: как только тот пересечет границу и будет в «ДНР», моего сына отпустят. Мы понимали, что других вариантов не будет. Вадима отдавали только священником. Не знали, будет ли он в этой шестерке. И да, он там был. Тогда только Вадима начали вывозить. Таким образом вышел обмен «три плюс один на шесть». Когда увидела сына после плена — глаза не его, он еще не пришел».

Зато пленному при увольнении «востокивци» сказали, что его дарят в качестве бонуса. Поэтому Вадим говорит: «Меня Украине «подарили».

Борьба за освобождение продолжается

Вечером 23 февраля у здания Днепропетровской облгосадминистрации возвращения ребят домой с нетерпением ждали родные и друзья, товарищи по военной службе и командиры, журналисты и другие неравнодушные. Для волнующей встречи приготовили цветы, цветные воздушные шарики и рисунки. Над последними старались племянница Александра и две племянницы Вадима. Наконец приехали машины из Киева, и бывшие пленные оказались в объятиях родных.

«Очень трудно было так долго ждать сына. Но с первого дня мы боролись за его освобождение, — отметила Алла Макуха. — Работали в контакте с различными волонтерами, координационным центром по освобождению пленных и поиску пропавших без вести. Мы постоянно на связи с волонтерами, которые все время нас поддерживали морально. Они нас, а мы — своих ребят. Также у нас сложился союз матерей, чьи сыновья находятся в плену, в здании управления СБУ Донецкой области. Мы вместе ездили в Киев под Администрацию Президента, Верховную Раду, а в ноябре три женщины отправились в Донецк. Надеялись встретиться с Захарченко, однако не получилось. Зато нам разрешили увидеться с детьми. Буквально минут 10 общались с ними, а нас снимал канал «Россия 24». В плену еще осталось много наших бойцов, есть двое из батальона «Кривбасс». Поэтому мы и в дальнейшем будем бороться за их освобождение. Нельзя опускать руки, надо ждать, надо бороться за родных. Если нужна будет моя помощь, я на связи, помогать и не брошу борьбу за наших ребят».

Советник председателя Днепропетровской ОГА Татьяна Губа сообщила, что в Киеве заявленных бойцов тщательно обследовали, проверили, нет ли угрозы их жизни, нужны какие-то срочные медицинские мероприятия. Теперь на очереди — вопрос восстановления документов, обследование в Днепропетровской областной больнице им. Мечникова, где ребят уже ждут опытные врачи.

«До сих пор не верю, что год плена позади. Вроде вокруг родные улицы, рядом близкие люди, но и до сих пор не могу прийти в себя, — говорит Александр Макуха. — Вчера Министерство обороны выдало нам форму. Очень приятно было ее надеть снова. Спасибо! Теперь в планах отдохнуть, привести в порядок нервы».

Наталья БИЛОВИЦЬКА

На ту же тему
Поделитесь своим мнением
Для оформления сообщений Вы можете использовать следующие тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Военные Новости Мира | wartelegraph © 2017 ·   Войти   · Тема сайта и техподдержка от GoodwinPress Наверх