Малые подводные лодки

Kure_midget_subs1Размещение стратегических баллистических ракет на подводных лодках началось в те годы, когда ни СССР, ни США не обладали ещё баллистическими ракетами подводных лодок (БРПЛ) с межконтинентальной дальностью стрельбы. Поэтому тогда подводные лодки были просто транспортным средством для доставки ракет поближе к целям, т.е. в зону досягаемости, что превращало ракеты с относительно небольшой дальностью стрельбы в стратегическое оружие. Важной особенностью ПЛ с БРПЛ в те годы был их высокий уровень неуязвимости. Одна сторона не могла знать, где конкретно находятся в данный момент времени подводные лодки другой стороны, вооруженные ракетами с ядерными боеголовками, и тем более не могла уничтожить их. ПЛ с БРПЛ были высокоэффективным оружием для нанесения гарантированного ответного удара, оружием надежного ядерного сдерживания.

Но плавание в океанских просторах дело не простое. Так 8 марта 1968 года наша подводная лодка «К-129» с баллистическими ракетами затонула в Тихом океане. Погибли 98 моряков. Были и другие различного рода аварии и даже столкновения с американскими подводными лодками.

Поэтому, когда в 1974 году в СССР была принята на вооружение первая в мире БРПЛ с межконтинентальной дальностью стрельбы — жидкостная ракета Р-29 с забрасываемым весом 1,1 т и дальностью стрельбы 7800 км, возник естественный вопрос о целесообразности хождения с межконтинентальными ядерными ракетами по морям и океанам. Но в те годы, в эпоху гонки вооружений, подобные вопросы руководством СССР не рассматривались. Главная задача, которая ставилась перед разработчиками – сделать не хуже, а желательно лучше, чем у американцев. Так и делали.

О сложностях превращения ПЛ из транспортного средства доставки ракет поближе к целям в атомную подводную лодку r-29r_001(АПЛ) с БРПЛ межконтинентальной дальностью стрельбы и проблемах, возникающих перед разработчиками, которые старались сделать конструкцию не хуже, а желательно лучше, чем у американцев, и о создании новых образцов ПЛ рассказывает доктор технических наук, профессор Юрий Григорьев.

В КБМ (город Миасс) было разработано семейство жидкостных ракет, в том числе уникальная ракета Р-29РМ (забрасываемый вес 2,8 т, дальность стрельбы 8300 км), принятая на вооружение в 1986 году. В 1983 году была принята на вооружение первая в мире БРПЛ с 10 боевыми блоками – твердотопливная ракета Р-39 (забрасываемый вес 2,55 т, дальность стрельбы 8300 км), оснащенная амортизационной ракетно-стартовой системой (АРСС), обеспечивающей возможность старта в ледовой обстановке.

Но в настоящее время, когда мы в инициативном порядке, без всяких договоров уничтожили всю твердотопливную морскую группировку и прекратили строительство новых ПЛ под принятую на вооружение в 2007 году жидкостную ракету «Синева» и её модификацию ракету «Лайнер», вопрос о целесообразности хождения с ядерными ракетами по морям и океанам встал с новой силой. Тем более что в ближайшие годы ходить туда нам будет просто не на чем. Если в СССР строительство ПЛ занимало не более двух лет, то в новой России ПЛ проекта 955 под ракету «Булава», строили 16 лет, а на боевом дежурстве её до сих пор не видно.
sineva_scheme
Схема житкостной ракеты «Синева»: (1) разделяющаяся головная часть (РГЧ); (2) топливные баки 3-й ступени и РГЧ; (3) отсек боевых блоков; (4) двигатель 3-й ступени; (5) топливные баки 2-й ступени; (6) двигатель 2-й ступени; (7) топливные баки 1-й ступени; (8) двигатель 1-й ступени
Источник: www.arms-expo.ru
За годы, оставшиеся до полного естественного устаревания и вывода из состава ВФМ последних, построенных в СССР подводных ракетоносцев проектов 667БДРМ, мы неспособны построить новую группировку, которую можно было бы противопоставить американской группировке подводных лодок типа «Огайо». И дело не только в наличии или в отсутствии у России подводных океанских ракетоносцев, но и в нашем неблагоприятном географическом положении. США, Великобритания, Франция и Китай омываются морями, поэтому их подводные лодки с баллистическими ракетами имеют свободный выход в океан из многочисленных портов и баз, расположенных на побережье этих стран, и мы не имеем реальных возможностей контролировать это.

У нас только два выхода в открытый океан: Кольский залив и восточные порты, да и они имеют затрудняющие выход узкости и проливы, а в критической ситуации могут быть заблокированы противником. В обычной повседневной обстановке эти два выхода российских подводных лодок в океан контролируются американскими космическими и другими системами, осуществляется слежение за нашими подводными лодками и их сопровождение ударными атомными подводными лодками, противолодочной авиацией и надводными кораблями. Эту задачу в конце прошлого столетия стали выполнять американские стационарные системы подводного наблюдения SOSUS, SURTAS, самолеты «Орион» (около 200 единиц), многоцелевые ПЛ, а позднее глобальная система подводного наблюдения OUSS. Мобильные системы контроля DADS разворачиваются непосредственно у баз наших ПЛ.

При таком постоянном контроле за местонахождением наших ПЛ в случае осложнения обстановки при нанесении противником первого ядерного удара по территории нашей страны одновременно будет нанесен удар и по нашим находящимся под постоянным контролем ракетным ПЛ, которые так и не успеют выполнить свою главную и основную задачу – нанесение сокрушительного ответного удара.

Поэтому в настоящее время с новой силой встал вопрос о выборе оптимального места старта наших морских стратегических ракет. В самом деле, если баллистическая ракета, запущенная с подводной лодки, находящейся у своих берегов, может долететь до цели на другом континенте на полчаса, то зачем нужно в течение многих дней подвозить эту ракету поближе к цели или гулять с нею по мировому океану. Межконтинентальные баллистические ракеты наземного базирования прекрасно выполняют свои функции, находясь на собственной территории. Пора и морские ракеты приучить к домашнему базированию.

Самая главная ранее функция подводной лодки — быть транспортным средством для превращения нестратегических ракет в стратегические, утратила всякий смысл. Логичнее стало вообще никуда не выходить, а находиться на своей территории или вблизи ее, в своих территориальных водах под надежной защитой. Что же касается второй функции подводной лодки — обеспечивать скрытность, то следует признать, что постепенно, с созданием различных систем обнаружения подводных лодок и контроля за их перемещением, выполнять эту функцию в океане будет все сложнее.

Khyaz_Vladimir_Borey_955A.tВозникает естественный вопрос, если перевозить по океанским просторам БРПЛ уже не требуется, а обеспечивать скрытность ПЛ в океане становится все труднее, то зачем вообще нужны океанские подводные лодки с БРПЛ, эти огромные подводные крейсеры фантастической стоимости с ядерными реакторами и сложнейшими системами? Зачем хорошо обученные, тренированные экипажи совершают сложные трансатлантические подводные переходы? Неужели скрыть от другой стороны местонахождение наших баллистических ракет можно только находясь в океанских просторах, где опасности поджидают нашу подводную лодку на каждом шагу и некому оказать экипажу помощь в кризисной ситуации, поскольку в настоящее время присутствие ВМФ России в морях и океанах незначительно. Разве нельзя сделать это как-нибудь попроще, не тратя огромные деньги на строительство подводных мастодонтов? Для России это немаловажный вопрос. Думается, ответ на него может быть положительным, если отойти от сложившегося десятилетиями стереотипа, что баллистические межконтинентальные ракеты должны размещаться непременно на подводных лодках и эти лодки, вооруженные БРПЛ, должны бороздить океанские просторы.

А если не плавать в океане, то зачем нужно 16-20 ракет на одной подводной лодке? Почему не строить маленькие ПЛ, например на две ракеты? Согласно Договора СНВ-1 (Статья IV, пункт 18) «Каждая из сторон обязуется не производить, не испытывать и не развертывать:

а) баллистические ракеты с дальностью свыше 600 километров, а также пусковые установки для таких ракет для установки на плавучих средствах, в том числе на свободно плавающих пусковых установках, не являющихся подводными лодками

б) пусковые установки баллистических и крылатых ракет для размещения или закрепления на дне океанов, морей или внутренних вод и внутренних водоемов или в его недрах, либо подвижные пусковые установки таких ракет, перемещающиеся лишь в соприкосновении с дном океанов, морей или внутренних вод и внутренних водоемов, а также ракеты для таких пусковых установок»

Поскольку этим Договором, правда, уже устаревшим, размещение межконтинентальных баллистических ракет на кораблях, не являющихся подводными лодками, запрещено, то почему бы не размещать ракеты на малых подводных лодках, например, с двумя ракетными шахтами, закрепленными горизонтально вне корпуса ПЛ, которые перед стартом устанавливаются в вертикальное положение. И плавали бы эти малые ПЛ в наших территориальных водах: реках, озерах и прибрежных районах.

BulavaТаким ПЛ не нужны ядерные реакторы, сложные гидроакустические системы, торпедное вооружение, огромные аккумуляторные батареи, поскольку такая подводная лодка сможет ходить в основном на дизелях, в том числе и в погруженном состоянии, получая воздух для дизелей и экипажа через шнорхель. Не нужен ей и тяжелый сверхпрочный корпус, рассчитанный на погружение в океане на сотни метров, потому что максимальная глубина погружения, даже аварийного, такой подводной лодки будет существенно меньше. Ей не нужны большие скорости хода, как в подводном, так и в надводном положении, 3-5 узлов более чем достаточно, чтобы спокойно перемещаться от одной позиции к другой.

Старт ракет производится только из надводного положения, что значительно упрощает конструкцию ракет и корабельных систем обслуживания. По команде «предстартовая подготовка» освобождается крепление шахт, и они под собственным весом, поворачиваясь вокруг оси, расположенной выше центра тяжести, устанавливается в вертикальное положение, где и фиксируется. Точность вертикального положения и качка для БРПЛ значения не имеют.

Старт ракет может производиться на стоянке, а также и на ходу, если глубина фарватера позволяет развернуть шахты. Такой подводной лодке не потребуется громоздкая и сложная навигационная система, достаточно приемника системы «Глонасс». Кроме того геодезическая привязка мест стоянок может быть произведена заранее, а для навигационного обеспечения ракетного комплекса во время передвижения на берегах реки могут быть установлены реперы, позволяющие корабельной системе в процессе движения обнулять накапливающиеся ошибки координат места. При таком хорошем навигационном обеспечении ракета может быть существенно упрощена, поскольку ей уже не потребуется система коррекции траектории полета ракеты по звездам (асторокоррекция), предназначенная для обеспечения высокоточного попадания боеголовок ракеты в цель при значительном накоплении ошибок навигационной системы ПЛ в процессе длительного нахождении в подводном положении.

Для дополнительной маскировки малой ПЛ, её оперативного материального обслуживания и удобства экипажа могут быть построены надводные суда, которые внешне должны выглядеть как обычные речные суда или баржи различного типа, но в кормовой части быть по существу катамаранами, чтобы малая ПЛ в полупогруженном положении могла подойти к судну с кормы, пройти под его днищем и закрепиться там, а рубка ПЛ оказалась бы при этом в надстройке судна. В таком положении судно и ПЛ могли бы находиться и при движении, и на стоянках. При этом в самой ПЛ будут нести боевое дежурство несколько членов экипажа, а остальные в это время смогут отдыхать на надводном судне. Никакими космическими средствами и даже агентурным наблюдением с берега невозможно будет зафиксировать наличие или отсутствие подводной лодки под судном, а аналогичных по внешнему виду судов можно настроить достаточно много для выполнения многочисленных задач гражданского судоходства.

Зимой малые ПЛ могут вмораживаться в лед или в надводном или в полупогруженном положении, когда снаружи будет находиться только рубка. Для старта ракет зимой из подводной лодки, вмороженной в лед в надводном положении, все происходит как летом, поскольку вмораживается только корпус, а под шахтами льда нет. При старте из полупогруженного положения лед взламывается и крошится взрывными устройствами или другим способом, после чего контейнеры с ракетами переводятся в вертикальное положение. Эта процедура несколько увеличит время предстартовой подготовки, что для ответного удара вполне допустимо.

Следует заметить, что эксплуатация малых ПЛ в зимнее время это наиболее сложная проблема, поскольку в нашей северной стране очень мало незамерзающих водоемов. Возможно, что из-за этого окажется более целесообразным создавать малые ПЛ в виде катамаранов с одной шахтой, что позволит проще решать вопросы отсутствия льда в зоне нахождения шахты с ракетой. Но это уже вопросы реального проектирования.

Вдоль побережья реки (озера) могут быть оборудованы многочисленные места стоянки малых ПЛ. По существу это просто закрытые навесы, разглядывая которые с земли или из космоса невозможно решить есть там ПЛ или нет. Некоторые из таких навесов могут быть оборудованы проводными системами связи с береговым командным пунктом, а другие будут просто пустышками, предназначенными для дезориентации противника.

Контролировать из космоса местонахождение такой малой ПЛ при развертывании специальных систем маскировки и защиты практически нереально. Ложные стоянки, множество макетов рубок подводных лодок, передвигаемых по реке, а зимой вмороженных в лед, радиомолчание, так как двухсторонняя связь на стоянке будет осуществляться только по кабелю, малая заметность в инфракрасном спектре, поскольку проточная речная вода уносит тепло, и множество других решений позволят сделать этот ракетный комплекс практически неуязвимым. Следует учесть и наличие участков высоких скалистых берегов на сибирских реках, что может служить неплохой природной защитой от боеголовок межконтинентальных баллистических ракет, поскольку эти боеголовки подходят к цели под небольшим углом к горизонту (около 25 градусов), а также крылатых ракет, которые для поражения цели вынуждены будут на конечном участке полета подлетать к ней вдоль реки, где они наиболее уязвимы.

Создание малых ПЛ это не фантазия, а реальная неизбежность, потому что в условиях нынешней разрухи в нашей оборонной промышленности и в науке мечтать о том, как мы в ближайшие годы настроим множество ПЛ проекта 955 с ракетами «Булава», имеющими забрасываемый вес всего 1,15 т, т.е. меньше чем у давно снятого с вооружения американского «Трайдета-1», завоюем тем самым океанские просторы и покажем американцам «кузькину мать», как говаривал когда-то незабвенный «Никита», вот это действительно фантазия.

Юрий Григорьев

Arms-expo

На ту же тему
Поделитесь своим мнением
Для оформления сообщений Вы можете использовать следующие тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Военные Новости Мира | wartelegraph © 2017 ·   Войти   · Тема сайта и техподдержка от GoodwinPress Наверх